Архив Ноябрь 2020

Аналитики назвали предел снижения ставок по ипотеке в 2021 году


В 2021 году средняя ставка по ипотеке достигнет рекордно низких 6,8–7%, однако ниже уже не опустится, прогнозируют аналитики агентства НКР. Формирование пузыря на рынке недвижимости в следующем году они считают маловероятным

Фото: Екатерина Кузьмина / РБК
Средняя ставка новых ипотечных кредитов в первом полугодии 2021 года может обновить рекордный минимум на уровне 6,8–7%, однако ниже не опустится, прогнозируют аналитики рейтингового агентства НКР в исследовании «Ипотечный забег» (есть у РБК). По состоянию на 1 октября, согласно данным ЦБ, средневзвешенная ставка по жилищным кредитам, предоставленным за месяц, составила 7,32%, с начала лета ее значение не превышало 7,5%, а с октября прошлого года она снизилась более чем на 2 п.п.

«Ставки нащупывают дно: их снижение в среднесрочной̆ перспективе не превысит 0,3–0,5 п. п.», — пишут авторы исследования. Ниже ставкам не позволит опуститься необходимость поддерживать доходность вкладов — ключевого источника фондирования ипотеки, объясняют они. К концу 2021 года из-за окончания в июле программы льготной ипотеки под 6,5% годовых средняя ставка вырастет до 7,3–7,4%, прогнозирует НКР.

Несмотря на снижение ставок, в целом доступность жилья падает, отмечает НКР. Средний размер ипотечной сделки за первые восемь месяцев 2020 года вырос на 11% — до 2,45 млн руб., в то время как площадь жилья, которую можно купить за эти деньги, выросла только на 2%, или на 0,7 кв. м. Для сравнения, в январе—августе 2019 года средний размер ипотечной сделки вырос на 10%, а площадь жилья, которую можно приобрести — на 1,2 кв.м. Причина, объясняет НКР, в опережающем росте цен, которые на первичном рынке жилья за 9 месяцев 2020 года, по данным Дом.РФ, выросли на 10,5%.

Как снизить ставку по ипотеке и не получить отказ от банка
Недвижимость
В целом ипотека лучше других сегментов кредитования пережила кризис: объемы жилищного кредитования продолжали расти даже во втором квартале, на пике пандемии, а в третьем — продемонстрировали рекордный прирост в 8%. В результате уже по итогам 10 месяцев 2020 года было выдано 3,25 трлн руб. ипотечных кредитов — больше, чем за весь рекордный 2018 год (3,01 трлн руб.). По итогам года банки выдадут ипотеки на 3,9–4 трлн руб., прогнозирует НКР. Драйверами роста спроса в этом году стали беспрецедентно низкие ставки (с апреля, когда начала действовать льготная программа, кредиты по ставке не выше 6,5% составили треть от всех выданных), а также обесценивание рубля и волатильность на финансовых рынках (недвижимость традиционно — один из способов хранения рублевых накоплений).

www.adv.rbc.ru

Однако в следующем году авторы исследования ожидают изменения ситуации. В 2020 году произошло досрочное удовлетворение части спроса следующего года, объясняют аналитики НКР. Поскольку существенного снижения ставок в следующем году не предвидится, этот эффект для спроса на ипотеку в 2021 году также нивелируется. Поэтому результат 2020 года по выдаче превзойден не будет — НКР ожидает, что банки выдадут 3,6–3,7 трлн руб. жилищных кредитов по итогам 2021 года.

В своих прогнозах НКР исходит из того, что программа льготной ипотеки завершится 1 июля 2021 года и продлеваться не будет. За «своевременное» окончание программы на прошлой неделе выступила глава ЦБ Эльвира Набиуллина. «Виден рост цен на жилье на первичном рынке, который уже опережает и инфляцию, и рост доходов населения. В итоге доступность жилья для людей может упасть, несмотря на льготную ставку», — отмечала она. Набиуллина подчеркивала, что своевременное завершение программы «позволит избежать формирования пузырей и сбалансировать спрос и предложение на рынке жилья».

ЦБ назвал предпосылки для сворачивания льготной ипотеки
Финансы
Пока, по мнению НКР, признаков пузыря на рынке не наблюдается. Основной риск перегрева рынка состоит в резком снижении спроса после окончания программы льготной ипотеки, которое приведет к падению цен и обесцениванию залогов по кредитам. Однако авторы исследования считают, что в следующем году тренд на рост цен на новостройки продолжится. Даже если текущие цены на недвижимость существенно снизятся, к значительному росту кредитного риска с учетом повышенных требований к первоначальному взносу по ипотеке это не приведет, считает НКР.

Подробнее на РБК:
https://www.rbc.ru/finances/30/11/2020/5fc170c29a79477e333183e5

Промышленности отрезают ток

Регулятор хочет сделать уход на независимую генерацию невыгодным

«Совет рынка» ищет способ остановить уход промышленников из единой энергосистемы на более дешевые источники снабжения. Рассматриваются достаточно жесткие варианты. Так, ушедших потребителей могут обязать оплачивать сетевой резерв и все нерыночные надбавки наравне с участниками единой системы. Кроме того, работу независимых ТЭС могут сделать менее рентабельной, снизив для них отпускные цены. Без этих мер, опасаются в «Совете рынка», бизнес построит для себя 22 ГВт новых мощностей — это почти 10% от текущей мощности энергосистемы РФ. Но эксперты считают, что ужесточение правил лишь ускорит уход бизнеса из энергосистемы.

«Совет рынка» (регулятор энергорынков) хочет сделать уход промышленности из единой энергосистемы на собственные источники менее выгодным. Вопрос обсуждался с членами набсовета на совещании 27 ноября, рассказали источники “Ъ”.

Суть предложений — обязать потребителя, покупающего электроэнергию у розничной ТЭС, дополнительно оплатить все нерыночные надбавки к цене на мощность наравне с оптовым потребителем.

Предприятию со своей блок-станцией предлагается оплачивать весь неиспользуемый резерв сетевой мощности, следует из материалов к совещанию (есть у “Ъ”). В «Совете рынка» заявили “Ъ”, что на совещании обсуждались «возможные подходы к выравниванию условий работы оптовой и розничной генераций для обеспечения справедливой конкуренции между ними».

Стоимость электроэнергии из единой энергосистемы постоянно растет из-за множества надбавок — для строительства новых ТЭС, за генерацию в Крыму, Калининграде, за выравнивание энергоцен на Дальнем Востоке и пр. Значительную часть конечной цены составляет также сетевой тариф на передачу электроэнергии. По итогам 2019 года общий объем платежа за мощность составит 706 млрд руб., из них 572 млрд руб. приходится на надбавки. 

По оценке «Совета рынка», в 2021 году доля нерыночных надбавок увеличится до 81% платежа за мощность, достигнув 667 млрд руб. в год.

Для экономии промышленность может потреблять часть энергии от собственной блок-станции или от более дешевой розничной ТЭС. Для розничной станции это тоже выгодно: прямой потребитель заплатит больше, чем она получит на оптовом рынке. Но эту возможность «Совет рынка» хочет устранить: регулятор предлагает значительно снизить верхний потолок отпускных цен для независимых ТЭС, что сделает работу таких станций менее рентабельной.

Массовый уход потребителей с оптового энергорынка ведет к росту нагрузки для тех, кто на нем остается. Так, если крупный завод уходит к розничной ТЭС мощностью 85 МВт, это увеличивает нагрузку на оптовый рынок на 1,3 млрд руб. в год. К 2035 году с опта могут уйти ТЭС мощностью до 9 ГВт, а промышленность построит до 22 ГВт собственных станций, говорится в презентации «Совета рынка». Общая мощность энергосистемы РФ сейчас составляет около 246 ГВт.

Однако, по мнению экспертов, цифры выглядят завышенными. По оценке партнера Vygon Consulting Алексея Жихарева, последние пять лет потребители вводили всего лишь по 500 МВт собственных станций в год. Чтобы увеличить темпы строительства вчетверо, промышленности потребуется более 100 млрд руб. в год, что может стать неподъемной задачей, считает он.

В «Совете рынка» признают, что сценарий в презентации действительно не слишком вероятен.

По мнению участников совещания, за девять лет будет построено лишь 2,5 ГВт блок-станций. Но, подчеркивают в «Совете рынка», важны не количественные оценки, а «направленность тренда из-за экономических стимулов: сейчас он, очевидно, в пользу развития розничной генерации».

В «Совете производителей энергии» сообщили “Ъ”, что тоже видят системные проблемы в увеличении объема надбавок, но очистка рынка от них — задача не одного дня. В качестве быстрого и своевременного решения можно согласиться с предложениями «Совета рынка», а также подумать над снижением порога обязательного участия генерации на опте с 25 МВт до 1 МВт, считают в ассоциации.

«Необходимо бороться с причиной — разгребать завал надбавок на энергорынке, а не со следствием, изобретая сомнительные рестрикции для розничной генерации, которые загонят ее в серую зону или изолированный островной режим работы, сделав ситуацию только хуже для всех»,— заявили “Ъ” в «Сообществе потребителей энергии». Глава Ассоциации ГП и ЭСК Наталья Невмержицкая также считает неправильным принимать меры, не решая базовых проблем рынка.

Предложения «Совета рынка» уничтожат розничную генерацию, а заодно спровоцируют полный уход потребителей из системы, считает глава Агентства энергетического анализа Алексей Преснов.

При этом, по его мнению, введение оплаты резерва сетевой мощности «в разумных пределах» было бы «полезной мерой и стимулом собственной генерации становиться подлинно распределенной». Это, добавляет эксперт, также поможет снизить общие затраты в системе, поскольку электроэнергия собственных станций дешевле внешней сети только в пиковые часы нагрузки.

«»Золотых парашютов» точно не будет»

Дмитрий Григоренко о реформе институтов развития как о части реформы госуправления

Правительство объявило о старте реформы четырех десятков институтов развития, в рамках которой часть из них перейдет под управление ВЭБ.РФ, часть будет слита друг с другом. Вице-премьер, глава аппарата правительства Дмитрий Григоренко в интервью “Ъ” объяснил и другие, более важные цели процесса, который не ограничится только институтами развития: способы определения целей деятельности всех специализированных институтов развития будут меняться, а система KPI и контроля достижения целей должна стать единой и для них, и для ведомств правительства.

— Зачем в целом правительство пошло на реформу институтов развития? Что не устраивало в сложившейся исторически системе?

— Сама по себе реформа проводится по решению президента, который поручил правительству скорректировать работу институтов развития, сфокусировав их на достижении национальных целей. Я напомню, что все эти институты в свое время создавались для решения конкретных задач — поддержки инноваций, малого и среднего предпринимательства, экспорта, регионального развития, жилищного строительства и промышленности. Работа многих из них давала, а некоторых и сейчас дает значимые результаты. Но за последние годы появились новые вызовы, которые требуют существенной корректировки работы и перспективных планов таких структур. Это неоднократно подчеркивал и председатель правительства.

Мы проанализировали деятельность институтов развития, в том числе основываясь на данных аудита Счетной палаты. Анализ показал, что их работа на сегодняшний день слабо увязана с национальными целями развития государства. У ряда институтов дублируется функционал, и они порой конкурируют между собой. Конкуренция уместна в рыночном секторе, но не когда речь идет о государственных институтах. У части институтов развития низкие показатели эффективности, отсутствует система мониторинга результатов работы. Но даже там, где этот механизм есть, он не соответствует уровню нашей системы онлайн-мониторинга.

— Речь идет о внутриправительственной онлайн-системе контроля?

— Да, полное название — система мониторинга достижения национальных целей развития России. Ее разработало правительство. Эта система позволяет в режиме реального времени оценить, насколько достигаются запланированные результаты. Принцип работы системы очень прост. Из разных источников в режиме реального времени в одну информационную систему собираются данные о выполнении заявленных целей и определенных KPI.

— У любой реформы также есть показатели, которые отражают ее успешность или неуспешность. Какие изменения в результатах работы институтов развития ожидаются от реформы, в каком случае вы сможете сказать, что она достигла целей?

— Мы должны выйти на совершенно другую модель работы, другое целеполагание, отвечающее современным вызовам и реалиям. Раньше институты развития в значительной степени сами формулировали себе цели, которых нужно достичь. В новой модели перед ними будут поставлены задачи, отвечающие национальным целям развития. Причем принципиально важно, что не какие-то абстрактные, а конкретные и измеримые задачи.

Как правительство запустило реформу институтов развития

Невозможно контролировать задачи типа «всемерно способствовать развитию фондового рынка», «высшего образования» или «инновационного процесса». Они хорошие и важные, но звучат слишком обще. Государство должно понимать, в чем и как оцениваются результаты, ради которых институты работают и финансируются. И как результаты их работы соотносятся с целями, которые поставил президент. Более того, цели, как и результаты их работы, должны быть понятны обществу и каждому гражданину.

Реформа поможет сконцентрировать ресурсы институтов развития и тем самым сократить сроки достижения поставленных задач. Исключение дублирования функционала институтов позволит повысить эффективность использования кадрового потенциала.

Хочу напомнить, что приняты решения о реформировании не только институтов развития, но и всего государственного аппарата страны. Важно быстро и качественно настроить всю экосистему госуправления, которая будет работать на достижение национальных целей как единый механизм.

— Правительство говорит о создании экосистемы. В свою очередь, критики реформы утверждают, что происходящее может разрушить уже сложившуюся экосистему институтов развития, которую теперь придется восстанавливать годами. Как вы обосновываете необходимость довольно серьезных для статус-кво изменений в этой сфере?

— На самом деле говорить о том, что институты развития представляют собой эффективно функционирующую систему — это преувеличение. Были созданы лишь отдельные элементы такой системы. Сама она была разрозненна. Если бы у нас была действительно целостная экосистема, пересечения функций институтов развития с органами власти и коммерческими компаниями не было бы. Как и не было бы вопросов об эффективности существующих институтов развития.

— В ходе реформы неизбежны два эффекта —ликвидация части персонала институтов развития и укрупнение этих институтов. В стандартной ситуации это ведет к увеличению их размера, к расширению штатов: под новые задачи нанимаются новые люди. На что вы ориентируетесь — в сумме в реформированных институтах развития будет больше рабочих мест, меньше, столько же, сколько до реформы? Насколько эффективно решение о ликвидации с учетом расходов на ликвидационные мероприятия и соответствующие выплаты служащим?

— Нужен не большой, а рационально сформированный штат компетентных специалистов и четко определенная сфера ответственности каждого ведомства и института развития. Кадровый потенциал институтов развития нужно использовать более эффективно. Они не должны становиться «персональными пенсионными проектами». Во всяком случае, мы не можем себе этого позволить.

Слияние и ликвидация институтов — это лишь часть реформы, в рамках которой исключается дублирующий штат —например, сотрудников, осуществляющих организационно-техническую деятельность. На этих высвободившихся ресурсах институты развития, безусловно, выиграют. Тем более что слияние и укрупнение не всегда приводят к росту штата. Так, например, в рамках оптимизации деятельности группы ВЭБ (это сам ВЭБ.РФ плюс дочерние кредитно-инвестиционные организации) за два года, с середины 2018-го до середины 2020 года, штат был сокращен в четыре раза. Было почти 10 тыс. сотрудников, стало чуть меньше 2,5 тыс.

Как правительство реализует программу оздоровления структуры министерств и ведомств

При этом в случае с институтами развития нет каких-то специальных задач непременно сократить штат, поменять руководство и так далее. Например, в органах власти сейчас гораздо меньше специалистов по инновациям, чем сотрудников институтов развития. Тут нечего опасаться. Реформа, с одной стороны, даст новые возможности работы для квалифицированного персонала, с другой — устранит дублирование и нерациональную конкуренцию институтов, которые часто конкурируют друг с другом за специалистов, тогда как вполне разумно просто использовать ресурсы института-партнера.

При этом, конечно, в реформируемых институтах могут быть и кадровые перестановки, и замены. Это естественный процесс, раз меняются цели и подчинение институтов и способы управления. Задача — сделать систему работающей эффективно, а не отправить кого-то конкретного в отставку.

Что касается выплат служащим — это важный вопрос, но оплата труда — не основная статья расходов институтов развития. Объем выплат будет меньше высвобождаемых в результате реформы финансовых ресурсов. И отдельно хочу подчеркнуть: ни у кого «золотых парашютов» точно не будет.

— Можно сказать, что в результате реформы будут образованы «суперинституты», деятельность которых будет покрывать практически все сектора экономики. Это может привести к определенным управленческим вызовам. Есть ли какая-то стратегия повышения эффективности соответствующих механизмов управления?

— В рамках реализации реформы предлагается принципиально новый подход в управлении институтами развития, основой которого станет целеполагание. Проекты, необходимые для реализации национальных целей, будут отбираться с участием министров и заместителей председателя правительства, а значимые для регионов — главами субъектов. Будет сформирована новая система управления отбором проектов ВЭБ.РФ. Она предусматривает обязательное прохождение всеми представленными заявками экспертизы на соответствие проекта национальным целям, а также профилю института развития. Таким образом, работа с конкретными заказчиками будет направлена на достижение конкретных целей.

В части оценки эффективности институтов развития также будет реализован совершенно новый подход — новая система KPI. Она позволит видеть результаты работы и оценивать ее качество в динамике, а не оставлять подведение итогов на конец года, как это было раньше. Поможет в этом и новая система онлайн-мониторинга, которая дает для этого данные; о ней я уже говорил.

Экосистема ради экосистемы не имеет смысла, она должна работать на страну, а не на себя.

— Теперь — о самом ВЭБ.РФ. Почему было принято решение о концентрации функций неотраслевых институтов развития именно в нем? Насколько оправданно перемещение этих задач в сторону ВЭБа по крайней мере сейчас?

— Что касается аргументов в пользу выбора ВЭБа — здесь учтен как масштаб функций этого института развития, так и его опыт в инвестиционной деятельности. В первую очередь на базе ВЭБ.РФ нам нужен крупный и централизованный инвестиционный блок, это вытекает из наших задач. Ну и, наконец, функционал многих переданных институтов развития для нынешнего председателя Внешэкономбанка не новый. Игорь Шувалов до 2018 года непосредственно отвечал за работу большой части институтов, сейчас вошедших в ВЭБ.РФ. Он и его команда знают эти институты лучше, чем кто-либо другой.

— Ранее ситуация с институтами развития была более или менее децентрализована. Есть риск, что теперь по всем вопросам нужно будет обращаться к Игорю Шувалову, а это высокий уровень, туда не всякий достучится.

— Не соглашусь. Наоборот, мы стремимся к институционализации и отходу от ручного управления.

Например, что касается этапа обращения в институт развития. Для этой цели мы и разрабатываем новые процедуры отбора заявок на проекты. Каждый, кто имеет ресурсы на запуск проекта и кто считает, что проект соответствует установленным целям и критериям, может обратиться в ВЭБ за финансовой поддержкой. Потребуется лишь заполнить специально разработанный шаблон — он будет размещен на официальном сайте института развития — и пройти прозрачные этапы отбора. Сформирован инвестиционный комитет под руководством министра экономического развития. Этот комитет будет рассматривать указанные заявки. Критерии отбора проектов и рассмотрения заявок будут публичными и максимально прозрачными.

По какой схеме пройдет реформа системы институтов развития

Что касается непосредственного исполнения проекта, цель реформы — создать единый механизма управления, при котором работает такая вертикаль власти, которая бы позволяла решать задачи на всех этапах непосредственно с профильными институтами развития. Взаимодействие институтов с регионами и бизнесом не претерпит существенных изменений. Оно также будет координироваться с профильными подразделениями, будь то подразделения ВЭБ.РФ или непосредственно институтов.

— Для отраслевой промышленности реформа — это в первую очередь проблема перемен в системе ее поддержки: многие проекты завязаны на особые экономические зоны, на проекты в моногородах, на Фонд развития промышленности. Есть ли рациональные основания опасаться того, что перестройка системы господдержки приостановит в 2021 году до создания новой системы текущее финансирование?

— Радикальных перемен в механизмах не будет. За основу планируется взять существующий механизм. В рамках реформы речь идет о его совершенствовании, а не о замене. Сейчас председателем правительства перед Минэкономразвития поставлена задача в кратчайший срок, до 5 декабря, разработать с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и компаниями с госучастием соответствующие «дорожные карты». Оптимальный вариант поддержки отраслей будет определен по итогам анализа этих «дорожных карт». Но уже сейчас могу заверить: отрасли, в том числе моногорода, и особые экономические зоны поддержки не лишатся. Соответствующие средства заложены в бюджете. Поменяются только процедура и система контроля.

— Совершенно те же опасения высказываются и учеными в связи с присоединением Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) к Российскому научному фонду (РНФ). Насколько велики риски сокращения грантов РФФИ и отказа от части программ фондов? Как вообще будет устроено обсуждение деталей «переходного периода»?

— В целом, говоря о реформе, крайне важно подчеркнуть, что она поддерживает преемственность текущих проектов. Это не перемены ради перемен. Это перемены ради улучшения того, что работает, и прекращения поддержки того, что избыточно или не работает, а также, в чем давно нет необходимости. Поддержка науки, разумеется, будет сохранена, о чем говорил и председатель правительства. Кроме того, в рамках проведения оптимизации институтов развития в целях детализации реформы создана рабочая группа, которая как раз будет рассматривать «дорожные карты», о которых я говорил ранее. Что касается данного случая, то при рассмотрении вопросов слияния РФФИ и РНФ, разумеется, будет учитываться мнение научного сообщества, и в первую очередь мнение РАН.

— С точки зрения числа реформируемых институтов в наибольшей степени преобразования затронули «дальневосточно-арктический» блок. Какова там целевая модель изменений и что предполагается получить в результате?

— И в этом случае речь о более эффективном перераспределении функций в экосистеме. Весь функционал институтов по поддержке опережающего развития Дальнего Востока и Арктики, в том числе фонда, сохранится. Здесь нам нужна синергия между Корпорацией развития Дальнего Востока, профильными министерствами и ведомствами, а также ВЭБ.РФ. Эти направления как были, так и остаются приоритетными. Финансирование также останется, соответствующие средства заложены в бюджете. При этом ресурсы ВЭБ.РФ значительно превышают те, что были на балансе профильных институтов развития. Думаю, что это положительно отразится на решении поставленных задач по региону.

— Чем обусловлено решение объединить разнопрофильные банковские институты развития? Например, слияние банка ДОМ.РФ и МСП-банка выглядит необычно, исходя из того, чем они заняты.

— Это как раз просто. Монопрофильные кредитные организации уже не отвечают современным реалиям. Посмотрите на частные банки, насколько их функционал разросся за последние годы. Сейчас некоторые из них уже не просто кредитные организации, а настоящие маркетплейсы. Современные проблемы требуют современных решений. В этой связи нам бессмысленно сохранять банк как институт развития, специализированный под какую-то узкую задачу.

Еще раз хочу подчеркнуть: мы хотим, чтобы институты развития были бы если не прибыльны, то хотя бы безубыточны. А для этого нужна работающая экономическая модель. На примере коммерческого сектора мы видим, что многопрофильность позволяет этого достичь.

— В какие сроки планируется интеграция новой модели управления институтами развития? Когда реформа должна завершиться?

— В этом году будут приняты «дорожные карты» по реорганизации институтов развития. Рассчитываем завершить интеграцию в первой половине следующего года. Ключевые показатели оценки эффективности институтов развития будут утверждены в 2021 году. Что же касается «сроков вообще», то реформу можно будет считать завершенной тогда, когда мы будем работать по новым KPI.

Кудрин предложил носиться с предпринимателями «как с хрустальной вазой»


Отношение к предпринимательству в России не изменилось со времен СССР, считает глава Счетной палаты. Долю россиян, готовых открыть свое дело, он назвал мизерной по сравнению с тем, что нужно, чтобы бизнес «наконец закипел»

Алексей Кудрин (Фото: Владислав Шатило / РБК)
Российская экономика нуждается в революционном дерегулировании, а госуправление сегодня «бесконечно отстает» от мировых стандартов, заявил председатель Счетной палаты Алексей Кудрин в рамках специальной дискуссии Общероссийского гражданского форума — 2020, трансляцию мероприятия ведет РБК. По его мнению, отношение к предпринимательству в стране должно измениться, иначе частный бизнес в России «не закипит».

«Нам нужна абсолютно новая модель экономики. Это можно назвать моделью НЭП 2.0.», — сказал Кудрин. Глава Счетной палаты полагает, что российское государственное управление «бесконечно отстает от того, что предлагает мир, [предлагают] новые стандарты управления и новые технические стандарты». «Государство всю экономику обвязало регуляторными нормами, нормами техническими и прочими. Здесь должна быть революция. То, что называется «регуляторной гильотиной» — это попытка туда двинуться», — сказал Кудрин.

Отношение к предпринимательству после СССР не изменилось и «не воспиталось до конца», считает глава Счетной палаты. Доля россиян, заявивших о желании начать свой бизнес, составляет максимум около 12%, привел данные Кудрин, добавив, что, по его мнению, «это мизерная величина по сравнению с тем, что нужно, чтобы бизнес наконец закипел у нас в стране». «Нам нужно сейчас с предпринимателями носиться как с хрустальными вазами и им помогать», — подчеркнул Кудрин.

МВФ призвал Россию нарастить господдержку экономики на фоне второй волны
Экономика
Темпы восстановительного роста экономики России после пандемического кризиса будут медленными, уверена главный научный сотрудник Института социальной политики Наталья Зубаревич. Это связано прежде всего с сокращением глобального спроса на основные товары российского экспорта, а также неэффективностью госуправления, пояснила она. «У нас очень неэффективное государство, которое помогает не в то время, не всегда тем и не с той частотой и интенсивностью, с какой бы надо помогать. Но лучше всего, чтобы оно мешало поменьше», — сказала Зубаревич в рамках дискуссии ОГФ-2020.

www.adv.rbc.ru

Ранее в Международном валютном фонде заявили, что в условиях ухудшения экономической ситуации и роста заражений коронавирусной инфекцией российские власти должны быть готовы принять дополнительные меры по поддержке бизнеса. В МВФ отметили, что ограничения, которые вводятся в российских регионах сейчас, менее губительны для бизнеса, чем предыдущие, которые вводились весной. Несмотря на это, эксперты считают, что деловая активность в ближайшие месяцы может снизиться, если потребуется введение более жестких ограничений.

С 2013 года максимальный темп роста ВВП России не превышал 2,5%, а среднегодовой темп роста экономики с 2013 по 2019 год составил 0,9%, следует из расчетов Счетной палаты. По оценке МВФ, среднесрочный потенциальный рост ВВП России составляет 1,6%. Международные эксперты настаивают на необходимости улучшить деловой климат в России, усилить конкуренцию внутри регионов и между ними, а также совершенствовать принципы корпоративного управления госкомпаниями. Пока нельзя оценить, насколько эффективно механизм «регуляторной гильотины» сможет распутать «клубок нормативных положений, многие из которых являются наследием прежних решений», считают в МВФ.

В Минэкономразвития РБК заявили, что власти ведут мониторинг ситуации во всех отраслях экономики с точки зрения финансовой устойчивости предприятий и сохранения рабочих мест. В ведомстве добавили, что в 2021 году власти планируют продлить возможность получения поддержки для предпринимателей, которые торгуют подакцизными товарами, а также продлевается мораторий на проверки для малого и микробизнеса.

Подробнее на РБК:
https://www.rbc.ru/economics/28/11/2020/5fc228d89a79472cef1683b6

Кудрин допустил закрытие трети малого и среднего бизнеса из-за COVID-19


Глава Счетной палаты назвал положение малого и среднего бизнеса сложным и призвал правительство увеличить поддержку компаний. «Вторая волна требует большей поддержки, чем было в первую волну [коронавируса]», — считает он

Фото: Андрей Любимов / РБК
В настоящее время наблюдается сложная ситуация в работе малого и среднего бизнеса (МСБ). Треть компаний может перестать функционировать в результате второй волны коронавируса COVID-19. Об этом на Общероссийском гражданском форуме — 2020, прямую трансляцию которого ведет РБК, заявил глава Счетной палаты Алексей Кудрин.

«Я согласен со сложным положением малого и среднего бизнеса. Предполагается, что треть его с учетом второй волны может остановиться. Может быть, это даже минимум», — сказал он.

Кудрин предложил носиться с предпринимателями «как с хрустальной вазой»
Экономика

По мнению Кудрина, государство должно в значительной степени увеличить поддержку МСБ, а также населения. Для этого, как отметил он, есть все ресурсы. «Вторая волна требует большей поддержки, чем было в первую волну», — считает глава Счетной палаты.

При этом, как сообщил Кудрин, меры поддержки государства во время пандемии существенно затормозили развитие бедности в стране. Он напомнил, что правительство несколько раз помогало деньгами семьям с детьми. «В эту пандемию государству пришлось принимать нестандартные решения», — добавил чиновник.

www.adv.rbc.ru

Кудрин допустил падение российской экономики на 4,5% в 2020 году
Экономика
В рамках «необычной масштабной мощной поддержки», как подчеркнул Кудрин, также были снижены налоги по страховым взносам для малого и среднего бизнеса. «Я думаю, что сейчас на этом останавливаться не надо — вторая волна мощнее намного, чем первая. <…> Сейчас в три и в четыре раза в некоторых регионах волна заболеваемости больше», — сказал он, добавив, что во время второй волны COVID-19 у людей иссекают запасы.

В конце октября пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что Кремль не видит предпосылок для того, чтобы принимать дополнительные меры поддержки экономики и бизнеса. «В настоящий момент нет ситуации, которая была бы связана с остановкой экономики. Экономика работает. Принятые меры позволили обеспечить бесперебойность работы экономики. Все компании работают, сейчас пока функционируют, в настоящий момент такой потребности нет», — сказал Песков.

Пандемия коронавируса. Самое актуальное на 30 ноября
Общество
Так представитель Кремля прокомментировал прогноз развития экономики России, который представила Счетная палата. В ведомстве заявили, что по своим масштабам потрясения первой половины 2020 года превзошли предыдущие кризисы 2008–2009 и 2014–2015 годов. Потери экономики России в результате введения режима самоизоляции населения за первое полугодие достигли примерно 8% изначально ожидавшегося ВВП 2020 года, сообщили в Счетной палате. Однако, как предположили аудиторы, характер восстановления по мере снятия карантинных ограничений свидетельствует о том, что по итогам года масштабы падения будут меньше. В ходе выступления на форуме Кудрин допустил, что в 2020 году ВВП может сократиться на 4,5%.

Подробнее на РБК:
https://www.rbc.ru/business/28/11/2020/5fc227b89a79472c6f0858be